За несколько месяцев до того декабрьского вечера, когда в украшенном гирляндами школьном зале нашли тело, жизнь пяти семей, чьи дети учились в 10 «Б», текла по видимости обычным руслом. Но под поверхностью будней копилось напряжение, невидимыми нитями связывая их судьбы.
Семья Волковых переехала в район летом. Глава семьи, Антон, был замкнут, а его жена, Лиза, слишком старалась влиться в родительский комитет. Их сын, Тимофей, держался особняком. Соседи шептались о внезапной продаже их старой квартиры в престижном районе и поспешном переезде.
Рядом жили Петровы — идеальная, на первый взгляд, пара. Ольга организовывала все школьные мероприятия, а её муж, Дмитрий, щедро спонсировал ремонт спортзала. Но их дочь, Алиса, в последнее время стала мрачной и молчаливой, а в семье появилась привычка разговаривать на повышенных тонах за закрытыми дверями.
Семья Соколовых, напротив, казалась образцом гармонии. Артём и Мария воспитывали близнецов, всегда улыбались и участвовали во всех субботниках. Однако Марию иногда видели в слезах возле школы, а Артём слишком часто задерживался на работе, даже по выходным.
Семья Ковалёвых держалась особняком. Галина, мать-одиночка, работала на двух работах, чтобы содержать сына-отличника Егора. Она избегала родительских собраний, а её усталое, но гордое лицо вызывало одновременно жалость и подозрение. Откуда у них деньги на ту же дорогую форму, что и у всех?
И, наконец, семья Беловых — самые старые жители района. Пенсионеры Игорь и Валентина растили внучку Соню после трагической гибели её родителей. Игорь, бывший следователь, часто смотрел на соседей изучающим, пронзительным взглядом, будто что-то вычислял.
Осенью нити начали сплетаться в узор. Антон Волков был замечен в гневном, но тихом разговоре с Дмитрием Петровым на парковке. Лиза Волкова, оформляя украшения для будущего бала, неожиданно расплакалась в присутствии Марии Соколовой. Галина Ковалёва начала получать анонимные переводы на карту, что её не радовало, а пугало. А старик Игорь Белов стал часто прогуливаться мимо их домов, будто вспоминая маршруты прошлой службы.
К декабрю атмосфера накалилась. Подготовка к ежегодному благотворительному балу шла полным ходом, но в родительском чате витала странная, тягостная тишина. Дети стали тише, перешептывались на переменах, затихали при появлении взрослых.
И вот настал тот вечер. Зал сиял огнями, играл оркестр. Всё было прекрасно, пока не погас свет на несколько минут — из-за якобы перегруза сети. Когда свет включили снова, в нише возле сцены, за тяжёлой портьерой, обнаружили тело мужчины в маске и фраке — костюме, который был частью тематики бала. При нём не нашли документов, а лицо... лицо было обезображено так, что опознание на месте оказалось невозможным.
Кто этот человек? Чужак, проникший на вечер, или кто-то из своих, кого все знали? Каждая из пяти семей в ту ночь вела себя странно, но по-разному. И каждая, как позже выяснится, хранила свой секрет, который напрямую вёл к этому человеку в маске, лежащему на паркете в блеске новогодних гирлянд. Убийство лишь сорвало крышку с котла, где месяцами томились страх, вина и старые обиды.
